Please, die carefully
"Уроки ориентации"

Автор: Джо (Jo), здесь сиквел. Пообщаться с автором можно здесь и здесь (везде нужна регистрация на форуме).
Рейтинг: NC-17
Жанр: Cлэш, юмор, (и черный юмор специально НЕ для тех, кто любит милых кавайных мальчиков) Здесь только полные отморозки) и в последнем эпизоде гет) Ну, для тех, кто любит) (не слюнявый, честное слово).

От меня: это настоящий NC-17, а не "розовые сопли". Флаффа здесь нет.
Отдельное спасибо автору за Татуолу;) Ну, и Адам тоже очень хорош;)

От третьего лица…

- Вы снова за свое мистер Салески? – усмехнулась Марго, ставя поднос с кофе на стол, и, покачивая бедрами, подходя к креслу начальника.
Джаспер Салески, задумчиво прикусив губу и прищурившись, смотрел в окно – из здания выскочил Татуола и подошел к такси, его ждавшему. Рядом с такси стоял еще один парень.
- Ему что-то точно нужно было от меня… Уж точно не я сам, – выдал, наконец, свою мысль глава «Протекта».

Марго выгнула тонкую выщипанную бровь:
- Что, например? У него вроде всего хватает. Вообще невообразимое существо, как вас только угораздило с ним связаться?
Мужчина улыбнулся:
- Я защищал его тетку, она тогда проходила по делу о наркоторговле. А он… Он попался под… ну, скажем так, руку, и отпустить я его уже не смог.
- Видимо, смогли, мистер Салески, вы же женились! – обвиняющее фыркнула секретарша, не боясь быть уволенной.
- Ну, если бы я этого не сделал, фирма бы обанкротилась, кто бы стал пользоваться услугами такого… Такого? – Марго хихикнула, когда мужчина обхватил ее за талию и усадил к себе на колени.
- Дверь закрыта? – уточнила секретарша.
- А какая разница? - удивился начальник.
Он почти коснулся губами ее губ, как вдруг его осенило.
- Пиджак! Он трогал пиджак!! – воскликнул он, ни капли не расстраиваясь, а только ухмыляясь.
- Что? – не поняла девушка.
- Он стырил мое портмоне, – пояснил мужчина, заваливая подчиненную на стол, освобожденный от бумаг.

Аллен Джеферсон.

Татуола выскочил из здания чуть запыхавшийся и, найдя меня взглядом, радостно сообщил:
- Мы сегодня отрываемся, Джеферсон, пошли! – я не успел поинтересоваться, с какой это такой стати мы «отрываемся». Хотя, с ним я бы пошел на край света – старшеклассник знал, где весело, но больше меня интересовали проблемы наличных и нашего возвращения в Айдахо.
- Мы гуляем, Аллен, мы сегодня гуляем красиво… - мурлыкал он себе под нос, а я, вытаращив глаза, смотрел, как он выуживает из кармана толстый портмоне из настоящей, видимо, кожи, открывает его и вынимает оттуда приличную пачку денег.
Долларов.
Баксов.
Он поднес купюры к лицу и вдохнул:
- А говорят, деньги не пахнут! Это запах счастья, детка! – он развернул портмоне, и я увидел фотографию красивой девушки.
Банальной такой модельной внешности, а какая еще могла быть девушка в портмоне с такой суммой денег?
- И чем она лучше меня? – усмехнулся Джун.
«Характером. По-любому», – подумал я, но озвучивать не стал.
- Тем, что она баба! Вот чем, – захохотал он и, посмотрев на окна высотки, откуда недавно выскочил, помахал рукой.
Калифорния и ее жители убивали меня с каждой минутой все больше.



Адам Трейси.

Я сидел, а точнее, полулежал на парте и смотрел в окно, положив лицо на руки.
Где, интересно, сейчас этот псих? Наверняка шатается по городу… Или на пляже… Или валяется дома со своей жуткой сестрой.
- Адам!.. Пс!.. Адам!! – Арон шипел как змея, и я, наконец, соизволил обернуться:
- Чего тебе?
- Ты так выглядишь, как будто скучаешь по нему, – он истерически и ехидно ржал, не обращая внимания на негодующую учительницу.
Я решил присмотреться к другу и прикинуть – он мог бы понравиться такому, как этот шизик Татуола?
Сиреневая челка, длинные дреды, пирсинг в губе соединен цепочкой с кольцом в ухе…
Нет. Слишком много эпатажа, а у Татуолы и своего хватает.
Все-таки, что за младшеклассник был рядом с ним? Он совращает малолеток, что ли, в свободное время?
- Я вовсе не скучаю по нему. Я просто надеюсь, что сила моей мысли заставит его попасть, например, под поезд, – прошипел я в ответ и снова лег на парту, рассматривать собирающиеся на небе за окном тучи.
Дождь с появлением Джуна в нашем городе стал лить чаще – он его будто притягивал.
Хотелось бы посмотреть на это существо под дождем, наверно его тушь потекла бы по лицу, оставляя черные следы…
Меня пробило на смех, и я зажал ладонью рот, чтобы не захохотать. Перед глазами так и стоял Татуола, обтекающий и злой.
- Ты псих! – хихикнул Арон.
- Весь в тебя! – парировал я, понимая, что на ближайшее время у меня появились планы касательно одноклассника.

Аллен Джеферсон.

Нам было жарко, нам было так жарко, что я понял – у меня переходный возраст еще не кончился. Мне было жарко, и я не понимал, чего хочу больше – мороженого или холодного пива…
Джун решил эту проблему просто – он купил и мороженое, и пиво, и минералку, и еще колу, и…
Гуляли мы красиво, на мой взгляд, но Татуола заявил, что гулять мы еще даже не начинали.
Я с сомнением покосился на парня, откручивающего крышку ледяной минералки, и все же рискнул лизнуть клубничное мороженое, ощущая, как оно медленно тает на языке…
Прикрыл глаза, снова открыл, услышав вздох откуда-то слева, и увидел там компанию девушек-женщин лет двадцати восьми. Такие еще нимфетки, но уже вроде состоявшиеся дамы, я с секунду пытался понять, чего они ахают и куда смотрят, а потом обернулся на старшеклассника…
У меня глаза полезли на лоб, когда я увидел, как Джун Татуола спасается от жары.
Так пить надо учиться наверное долго – прямо как в рекламе – залитый солнцем силуэт, закрытые от удовольствия глаза и лишь две струйки воды текущие сначала по подбородку, а потом по шее, и скрывающиеся за воротом футболки.
Я почувствовал, как тающее и забытое мной мороженое стекает у меня по пальцам и капает на асфальт, который почти плавится.
Татуола тем временем сдернул с головы кепку и, не открывая глаз, но с приоткрытым ртом, опрокинул на себя оставшиеся добрые полбутылки воды.
Девушки-женщины заходились в истерике, я просто молча терял рассудок, а Джун, встряхнув волосами, обрызгал меня ледяными еще каплями и, медленно пожав плечами, спросил:
- Ну что? Пойдем развлекаться? – а я тормозил и не мог отвести взгляда от прозрачных капель, стекающих у него по лицу.
- А… Э… А как у тебя тушь не размазалась? – выпалил я первое, что пришло на ум (первое приличное), и тут же захотел убиться от стыда.
- Она водостойкая, – Х\хмыкнул он и неожиданно схватил меня за запястье – это уже стало традицией. – Зря пропадает! – сообщил он, и я, вытаращив глаза, начал терять сознание, почувствовав ледяной от минералки язык, скользнувший у меня по пальцам, облизывая с них мороженое.
- Не тормози, Джеферсон! У нас с тобой по плану шопинг, а потом клубы… - на его губах сверкнула хищная ухмылка, и он, ни на секунду не останавливаясь, пружинящей походкой направился к сверкающим витринам.
Я же стоял, открыв рот, с висящей рукой, с которой больше не капало мороженое, но которая, казалось, навсегда запомнит прикосновение рта старшеклассника... И ошалело пялился на кучку таких же ошалелых дамочек.
- Полный финиш… - выдала одна из них, и честно, я не мог с ней не согласиться.

Джун Татуола.

Какой забавный этот Аллен… А как он краснеет когда смущается! Прямо чувствую себя настоящим активом, это как наркотик, с ума сводит…
Какой я подлый-подлый гад…
Не оборачиваюсь, но вижу в отражении витрин – идет следом, стараясь не отстать, а я отмечаю, как сегодня чудесно выгляжу.
Наверно, это связано с внутренними ощущениями – а душа у меня сейчас не только поет, но и жаждет, либо секса, либо чего-то подобного для выплеска эмоций.
А жара, кстати, хороший повод приставать к людям с разными намерениями…



Аллен Джеферсон.

Еще немного… Совсем немного, и я всерьез влюблюсь в этого ненормального!
Это ж надо с абсолютно спокойным выражением лица улыбаться и подмигивать всем симпатичным парням на улице (и причем не безответно!), а потом, протаскав меня до ночи по магазинам (историю о том, как он затащил меня в примерочную, чтобы я помог, и ЧТО о нас подумали продавщицы, тупо хихикавшие, когда мы уходили, я рассказывать не буду), потащил в клуб.
Я думал, что он в этом клубе впервые, но фраза, брошенная бармену
- Как обычно, – меня в этом разубедила. На стойку выехал высокий бокал с чем-то ядовито-зеленым и пенящимся внутри, Татуола поймал губами соломинку и уставился на меня.
- А ты когда-нибудь напивался до беспамятства Аллен? – он подвигал бровями, я, подумав, помотал головой.
- Мм… «Оргазм»! – махнул он рукой бармену, тот хмыкнул и на стойку выехало что-то розово-красное.
Я в ужасе уставился на это и посмотрел на старшеклассника, уже жалея о том, что согласился «веселиться».
- Давай-давай, считай, сегодня ты научишься пить по-взрослому…
- Ты несовершеннолетний, не забывайся! – неожиданно рявкнул я, сам удивляясь.
- Ты тоже! – сообщил он, противно осклабившись. – И тебя это парит?
Я схватил бокал, вытащил из него соломинку и на глазах у шокированного Татуолы опустошил его одним глотком.
И тут же закашлялся – горло буквально обожгло, и сразу закружилась голова.
- Что там?.. – прохрипел я.

Бармен равнодушно пожал плечами, Джун, загибая пальцы, сообщал:
- Ммм… Абсент, персиковый ликер, клубничный, шампанское… Дальше надо перечислять?
- Это же взрывчатка! – в ужасе я зажал свой рот ладонью.
- Точно! – улыбнулся он и, оторвавшись от стойки, пошел куда-то в толпу.
«Он психопат», - это было моей последней мыслью, и я двинул за ним…

Джун Татуола.

Утром я проснулся, как ни странно, у себя дома.
Один.
В смысле – в постели я был один, хотя после вчерашнего я готов был ожидать чего угодно, даже Джеферсона соблазненного накануне.
В принципе это просто подростковый бред – ну старшеклассник я, ну гей, ну симпатичный, не стану скромничать…
Ну и придурок, каких мало, есть на что повестись…
Но это же не всерьез!
И, слава Богу, он не лежит сейчас рядом, жить стало проще.
- Открывай глаза, братишка и выпей таблеточку… - голос Алессы вернул в реальность, я открыл глаза и, резко сев на кровати… стукнулся лбом о полку для телевизора, про которую забыл… Закатив глаза, рухнул обратно на подушку.
- Я не хочу таблеточку… - простонал я, переворачиваясь и зарываясь под подушку.
- А надо. Я тебя, между прочим, вчера тащила от порога на третий этаж, раздевала и врала всем, что ты умираешь от головной боли. Практически в воду глядела! – она издевалась, да так явно, что мне было обидно.
- Бедная маленькая… Кикимора… Ну спасибо! Я не буду пить эту бурду, мне станет плохо!
- Хорошо тебе сегодня уже по любому не будет, – спокойно сообщила она, переворачивая меня за плечо и насильно заставляя выпить эту пакость.
- А где..?! – вдруг вспомнил я о собутыльнике и, резко сев… Снова шарахнулся лбом о полку.
- Аллен Джеферсон, я полагаю?
Меня бесит ее речь непонятно какого века.
- Он. Что с ним?
- Вот как раз с ним-то все в порядке, это он припер тебя домой посреди ночи и сгрузил в прихожей, хотя сам парень тоже был очень навеселе. Ты спаиваешь молодежь?
- Я сам молодежь! – возмутился я, с силой проводя по лицу рукой и в ужасе рассматривая черные следы на ней. Тени и тушь все-таки размазались после, видимо, шикарно проведенной ночи.
- Ты уже тяжелый, потерянный случай, а не молодежь, так что, успокойся и расслабься. Тебе через час в школу еще идти…
- Но..! – я попробовал возмутиться, но заметил у нее в руках маникюрные ножнички и затих.
- Никаких «но», братишка, ты идешь в школу бодрый и свежий, а не то родители что-то заподозрят, и больше тебе смыться в загул не удастся.
Железная логика. Ну просто убийственная!
- А теперь, пять минут релаксационной процедуры сна, потом освежающий ледяной душ, потом вся твоя муть, потому что лицо у тебя ну просто ужасное сейчас, и еще… разбери пакеты, которые вы приперли ночью – там такие вещи, которые и проститутки бы не надели.
Обожаю сестру.
Особенно, когда она вытаскивает меня из постели по истечении пяти минут за ноги и тащит в ванну по полу. Особенно, когда, решив, что я уже достаточно чистый и вообще проснулся – спускает воду в туалете, и меня окатывает кипятком под мой же собственный крик. Особенно, когда выдергивает из-за стола, не давая докрасить губы, когда решает, что я уже выгляжу приличнее, чем мумия.
- Мне нравится вон то, – болтая ножками в лаковых туфельках, она рассматривала шмотки, приобретенные на деньги Салески.
В итоге пришлось быстро и активно, чтобы не опоздать, натягивать любимые джинсы.
Зато Алесса позволила одеть красную парку с дьявольской глубины капюшоном, которая закрывала мой разбитый в ссадины торс (где я их вчера наполучал, не помню, хоть убейте…). Парка не показалась сестричке «блядской», как она выразилась, в отличие от остальных шмоток, купленных вчера. Шапку мне вернули под предлогом, что «ты не успел залить волосы лаком». Отлично, жить стало проще.
Синяки под глазами сойдут за потекшую тушь… Все остальное тщательно превращено в жирную подводку.
- Пока-пока, красавчик! – сестричка метнула в меня плюшевого мишку, но я успел его поймать прежде, чем он (наверняка, набитый изнутри камнями) прилетел мне в голову.
Жизнь продолжается, а Трейси расслабляться не должен ни на секунду!
Вот бы мне еще вспомнить, что я вчера успел натворить…

Адам Трейси.

В школе этот мерзавец объявился очень рано, что повергло меня в настоящий шок.
- Джун? Пойдем, выйдем? – я кивнул на дверь, мистера Дрейка, как обычно по понедельникам, не было, а впереди всех ждал классный час.
- Пошел ты… Я тебя видеть не хочу, – неожиданно отреагировал он, роняя голову на парту и сжимая пальцами виски. Ногти были накрашены криво, под глазами обозначились синяки, а вид был таким потрепанным, что мне стало как никогда хорошо.
- Пьянка удалась? – ухмыльнулся я, наклоняясь к его парте, и едва успел упасть на локти, когда он врезал мне под партой по той же самой ноге.
- Ненавиж-ж-жу… - прошипел он, закрывая лицо руками, а я понял – жизнь становится с каждым днем все лучше. Арон подмигнул мне от окна и потом, вдруг вытаращив глаза, стал показывать пальцем на окно и открывать-закрывать рот, как рыба.
- Что опять?
- Новенький! У нас в школе ОПЯТЬ новенький!! Или это девушка? Или все же парень? – Арон буквально прилип к стеклу, и я едва смог выбить себе место, чтобы посмотреть на «новенького-новенькую».
- С ума сойти, какие ножки! А волосы! Шикарная телочка!
Новенькая приближалась к крыльцу, и у меня в голове бились все большие сомнения по поводу принадлежности ее к слабому полу.
Наконец, она зашла именно в наш кабинет. В наш класс. Наверно отличница, это – третий «А» старшей школы…
- Всем привет, – тихо сказала она нежным голосом, в котором не было и тени похабности, с которой обычно разговаривал Татуола.
- Ты кто? – сразу, без прелюдий метнулся к ней Орсино.
- Кейси. Кейси Руже, – ответила она, поднимая глаза от учебников, которые прижимала к плоской груди.
Высокая ростом, комплекцией она оказалась хрупкой, даже худой, белокурые волосы без челки, просто обрамляющие узкое лицо, были натуральными, не крашеными.
- Бабское имя жить не мешает? – вдруг вклинился Татуола, не оборачиваясь и не отвлекаясь от массирования висков.
- Нет, я привык, – вежливо отозвалась она. Она… Она?!
Глаза Орсино стали размером с монету, которую он уже крутил наготове между пальцев, а у меня отвисла челюсть.
Я влюбился.
Но она – парень. Точнее он изначально был парнем.
Я влюбился?!..
- Ты парень?! – воскликнул Арон, а Руже посмотрел на него неожиданно спокойным взглядом безо всякой жалкой затравленности или чего там полагается в такой ситуации.
- А что? Не похож?
- Зеркало показать? – опять Татуола. Как хочется врезать ему, зачем он хамит?!
- Я… В общем, я просто буду учиться здесь, а кому не нравлюсь, я не заставляю с собой общаться. – Он, так же прижимая к себе учебники, скромно сел рядом с… Татуолой?! Нет, просто справа от него, за соседний ряд, чуть впереди.
- А почему вдруг переехал в Айдахо?! Ты же вроде… Француз, если не ошибаюсь? – промурлыкал Арон, и я уже засомневался в ЕГО ориентации. С появлением Татуолы в школе, все сошли с ума, и уже ни о ком нельзя было точно сказать – натурал или нет. Слава Богу, хоть Молли еще не пришла, она бы устроила милую истерику на тему «какой женственный!»
Я покосился на Татуолу. Он тоже женственный, но в нем видно мужские черты, это смотрится… Необычно, по крайней мере.
- Да уж… Отвратительный акцент - это просто что-то! – фальшиво восхищенно протянул он, все удивление и заинтересованность его необычной внешностью у меня пропало, и я завис на грани нервного срыва. Если он сейчас же не заткнется, я его убью. Нет, сначала буду пытать, а потом убью.
- Я… Я… - парень не знал, что сказать, и ни на кого, кроме Орсино, не смотрел. Арон ему кажется спасательным кругом что ли?! Этот извращенец?!!
– Просто мой отец… Он… Его не стало, и моя мать снова вышла замуж. Здесь. И нам пришлось переехать, – парень выдавил из себя пару фраз и замолчал, опустив голову. Конечно, первый день – чувствует он себя не очень уютно сейчас. Не то, что некоторые… Наглые и самоуверенные!
Арон, будто говоря «ужас», посмотрел на меня, Руже тоже это заметил и повернулся ко мне.
В этот момент я утонул в голубых глазах и потерялся в мыслях.
В бесконечной жалости, неизвестно откуда взявшейся.
- Если ты ищешь сочувствие, детка, то поищи его в словаре между «сифилисом» и «сукой», где-то там… - прошипел Джун, распрямляя длинные пальцы, цепляя ногтями край шапки и натягивая ее вообще ниже глаз.
Чего он такой злой сегодня?..
- А тебе, Татуола, завидно? – хлопнул я рукой по его парте, обращая на себя внимание. Два злобных с похмелья глаза уставились на меня из-под шапки, жирные черные линии под глазами слегка смазались и разъехались, придавая ему вид…
Черт, я, кажется, понял, что в нем не так!
У него точно есть предки из Японии, глаза хоть и большие, все же чуть раскосые, вот только все остальное – типично европейское. Может, только руки еще…
У меня больная фантазия, где уж этому психу до утонченного востока, а? Туда скорее вписывался Руже, бледный, хрупкий, изящный… Он был похож на цветок…
«Боже, что я несу?! Я как герой дамских романов, о, ужас!!» - промелькнуло у меня в голове, и тут прозвенел звонок, дверь кабинета хлопнула, влетел мистер Дрейк.
- А у нас, тем временем, опять классное собрание, и снова новенький в классе! Представься, пожалуйста, всем интересно, кто ты и откуда! – мистер Дрейк меня убивает.
Парень скромно отрапортовал, как его зовут, откуда и почему приехал, услышал ободрение, как стимул к учебе от учителя, и пошел поток не интересной никому информации…
Я обернулся назад – направо, и залюбовался тем, как изящно он даже сидит.
Предпочитая даже не думать о том, что схожу с ума – мне нравится парень.
Недвусмысленно так нравится.
Голова чуть наклонена вправо, белые волосы падают на плечо, в нормальном положении доходящие до середины шеи… Длинной, тонкой, белой шеи…
О чем это я?! Ах, да… Глаза внимательно смотрят на учителя, между пальцами крутится ручка – нервы, одна нога закинута на другую под партой…
Осанка ровная – как у танцора.
- Слюни подбери, смотреть противно, – пробурчали сзади, и я повернулся к Татуоле.
О, мой Бог, это же просто ужасный контраст после воздушного, волшебного Руже!
Неизменно обкусанные ногти с темным лаком, широкие ладони, гора звенящих браслетов, шапка на бровях, пирсинг, злобный взгляд и чупа-чупс.
Скосил взгляд чуть ниже, под парту – ноги, во внушающих страх гриндерсах, широко расставлены, сам Татуола, ссутулившись и сложив руки на груди, почти лежал на стуле.
- Чего надо?! – рявкнул он.
Я, вздохнув, отвернулся.
Но спустя пару минут опять не выдержал и повернулся посмотреть на Кейси.
Черт! Правду говорят – взгляд чувствуется, волшебный парень поднял на меня свои невероятно глубокие, как озера, глаза и, смущенно улыбнувшись, спросил тихо:
- Ты что-то хотел? – будто пропел.
Хотел. Тебя!
Но об этом я никому не скажу…
- Нет, прости, задумался.

Он понимающе улыбнулся. Красиво очерченные нежно-розовые губы… Такие, наверно, называются «лук амура».
- …Я надеюсь, вы все услышали и примете к сведению! – радостно заявил мистер Дрейк, сгребая в кучу все бумаги, которые таскал с собой, поправил очки и вылетел из класса.
А жизнь тем временем становилась все интереснее в провинциальном Айдахо-Фоллс…

Кейси Руже.

Как я и думал, в школе окажется не просто… Некоторые наверняка сразу подумали, что я девчонка, а как раз девчонки этому обрадовались.
Знали бы они, что мне девушки вообще не нравятся как вид…
Девушки бы наверно расстроились, а вот парни бы убили точно. Если не хуже.
Хотя, вот вроде Арон… Орсино? И его друг Трейси, они неплохие такие ребята, спортсмены, сразу видно, сильные высокие… Такие бы меня убивать не стали, в отличие от… Как его? А, Татуола. Это наверно фамилия, Адам его так назвал.
Нервный парень, вот его по ходу надо бы бояться, ему я сразу не понравился.
Хорошо, что я еще с ним взглядом не встречался – что бы там ни говорили, а взглядом можно испепелять, все его высказывания в мой адрес были открыто… Не дружескими, мягко говоря.
Он гомофоб, точно.
Вот где-то здесь я поймал себя на том, что, сидя под деревом на краю площадки в тени, не отводя глаз, слежу за высокой фигурой в красном.
Возле него ошивался какой-то рыжий паренек, явно младше по возрасту, они о чем-то яростно разговаривали, Татуола то и дело махал рукой в мою сторону.
Убьет.
Они отошли к лавке, рыжий сел на нее очень скромно, новоявленный одноклассник присел на корточки перед ним, достал что-то из кармана… Сигареты! И закурил.
Странно, в классе его голос мне не показался хриплым или прокуренным.
Лавка была совсем близко к моему дереву, перед ним и, когда Татуола в очередной раз отвлекшись от разговора, вдруг посмотрел в мою сторону…
Я понял, что мы встретились взглядами.
И я понял – это любовь.

Джун Татуола.

Поводив взглядом по окрестностям, избегая в открытую пялиться на этот мужской вариант Барби (но не Кен), я все же случайно скосил на него глаза.
Я был уверен, что он смотрит куда угодно, да хоть в учебник на своих коленях! Но он смотрел на меня, а когда я встретил его взгляд своим, его голубые глаза (наверняка, Трейси уже успел на них запасть) расширились, от шока наверно.
И я понял – это война.
Он не подойдет к моему… То есть, просто к Трейси он не подойдет ближе, чем на два метра, разделяющих их на уроке.
- Почему это у тебя такой странный взгляд? – усмехнулся Аллен, тряся меня за плечо и возвращая в реальность.

Я хмыкнул:
- Ты только посмотри на это… На эту куклу… Бесит, не правда ли? – я затянулся как можно глубже, почти до кашля, и выдохнул через нос.
- Он похож на девку. Поэтому по нему прутся и девки, и парни, тебе не кажется? – философ чертов.
- У тебя голова, что ли, перестала болеть? Разумничался… А я, значит, на девку не похож, да?
Он запрокинул рыжую голову назад и захохотал, мне тоже стало смешно.
Никогда не думал, что задам подобный вопрос. Парню.
- Ну-у… Если снять с тебя все эти шмотки… Откровенно мужские, убрать рогатку, шапку обязательно, смыть с лица всю косметику-у… - он изучал меня взглядом, а я, прищурившись, наблюдал за самим Джеферсоном.
Интересно, я ему нравлюсь?
Господи!! Когда это я успел стать универсалом?! Свят, свят…
Больше так не буду.
- … То вполне сойдешь за девку, – закончил Аллен, широко улыбаясь.
Меня начинало трясти – этот белобрысый Руже даже не думал, не то что отворачиваться, а даже отвести взгляд.
- Погоди, я сейчас, – меня вдруг осенило, и я вскочил на ноги.
- Куда? – опешил Джеферсон.
- Куда надо! – не очень вежливо рявкнул я, и целенаправленно двинул к Трейси и Орсино, стоявшим очень удачно посреди площадки.
- Адам! Да, детка, поверни ко мне свою прекрасную мордашку! – Трейси вздрогнул и, обернувшись, начал было что-то говорить, но не успел – я быстро, чтобы не передумать и вообще не ДУМАТЬ о том, что делаю и где делаю… Схватил его за шикарную фирменную черную майку и, притянув к себе, впился в его рот, как будто от этого зависела моя жизнь.
Трейси всерьез минуты три сопротивлялся и пытался меня отпихнуть под оглушительный ржач Орсино, сгибающегося пополам и держащегося за живот, но потом вроде бы сдался.
Хотя это было больше похоже не на поцелуй, а будто мы пытались друг друга съесть…
Трейси шокировал меня до корней волос, опрокинув на лавку, соседнюю с той, на которой сидел Аллен и, прижав, прошипел чуть слышно:
- Какого хрена ты меня позоришь?!
Я ЕГО позорю?!!
- Ты же хотел, чтобы все считали тебя геем?! Получи! Хотел пиар, будет тебе пиар!
- Ну ты…

Я вопросительно приподнял брови, он решил, что договаривать не обязательно, и я подумал – так я не целовался еще никогда.
Ни с кем….
Ну, разве что…
Да, так целовался Райан, мой шестой экс-бойфренд, но он был садистом...
Второй этап пиара – совращение в наглую? Сейчас будет!
Я нашарил пальцами край его майки и потянул ее вверх, собираясь стащить, но моя же собственная шапка вдруг была сдернута, волосы опять разлохматились, а Трейси (Это не Трейси, кто захватил его мозг?! НЛО??) уже очень активно сдирал с меня парку.
На лавке.
Посреди площадки.
Посреди школьной площадки!
Рядом раздался девчачий писк-визг, и меня едва не ослепили вспышки камеры – Салливан не упускала ни единой возможности.
Случайно наткнувшись взглядом на взгляд Аллена, я увидел в его глазах такой шок, какого не бывает. Но помимо шока там было что-то другое… Или показалось?
- Ты что делаешь, живо отпусти, мы в школе!! – взвыл я, уже сам не радуясь тому, что мне коленом активно раздвигают ноги, одновременно со злобой кусая за шею…
А у меня еще все тело болит после вчерашней драки… Это точно была драка – ссадины тому подтверждение.
- Ты же сам хотел, чего дергаешься?! – Трейси я не узнавал, вместо вечного пацифизма – полный слет крыши.
Губы у меня уже горели, искусанные в кровь.
Когда этот чертов самоубийца (я убью его после этого, точно) решил поставить мне засос на ключицы, я заорал и выгнулся, запрокидывая голову назад.
Тогда-то я увидел офонаревшего Орсино, глаза у которого были примерно с блюда для холодных закусок.
- Да ты конченый псих, Трейси, – выдал он и покачал головой.
Одобрительно так.
И его я тоже потом убью!!
Вот в этот момент я вспомнил, что я не какой-то кретинский пассив, а парень…
И в это же мгновение Трейси слетел на землю, сброшенный хуком слева.
Я лежал на лавке, тяжело дыша и приходя в себя, медленно натянул парку обратно, вернул шапку на место, облизнул распухшие губы и, вскочив, ради удовольствия с размаху пнул гриндом лежавшего Трейси.
Он тут же взвыл, надеюсь, было больно!
- Еще раз!! И я тебя убью прямо здесь, – сообщил я и двинул прочь с площадки. В школу.
Больше прогуливать нельзя.

Аллен Джеферсон.

Сказать, что я был в шоке – не сказать ничего, потому что я был в шоке.
Такого я от самого ТРЕЙСИ… Короля школы! Не ожидал, если честно, по Джуну было видно сразу – это психоз, шутка, мелкая пакость…
Вот только Адам видно сорвался, так, будто Джун испортил ему враз все, что было важно.
Я, не отрывая взгляда, наблюдал за этой картиной, больше напоминавшей убийство, чем поцелуй, да и на поцелуй это было не похоже… И понимал потихоньку, что…
Завидую.
Трейси.
Что я завидую Трейси и хочу оказаться на его месте.
Что за бред?!..
Я спятил.
Я уже начал даже подумывать о том, что ненамного старшеклассник меня и сильнее, мне- то, в принципе, тоже удастся вот так завалить Татуолу…
Но эти мысли выветрились, когда Джун, видимо, пришел в себя, вернул рассудок, и Адам рухнул на асфальт, держась за челюсть, едва не сломанную кулаком одноклассника.
Когда он еще добавил ему металлическим носком гринда, мне стало совсем не по себе, и идея «а может…» пропала навсегда.
- Джун! Подожди, я с тобой! – я сам не узнавал свой голос, и сорвался за парнем, мрачно двигающимся в сторону школы.
Кейси Руже.

Я был в шоке, Адам Трейси казался мне таким милым парнем, а он…
Я обернулся на уроке и, прикрывшись волосами, посмотрел на Татуолу. Вроде его зовут Джун.
Да уж… Губы - в кровь, сидит, облизывает, вид не просто недовольный, а весь из себя такой «подонки!»
Орсино косится то на него, то на Трейси, сам же Адам явственно вздрагивает от каждого звука с задней парты, а я, не отрывая глаз, смотрю на Татуолу.
Достает чупа-чупс, разворачивает его, не обращая внимания на учителя, сует в рот, морщась наверно от боли в губах, и неожиданно смотрит прямо на меня.
- Чего уставился? – от холода в голосе пробирает дрожь.
- Задумался, – отвечаю и отворачиваюсь.
Он гей. Он точно гей, так почему я ему так не нравлюсь?!
Ответ простой до обидного – потому что ему нравится Трейси. Нравился, по крайней мере.
На перемене он стоит недалеко, опять с рыжим парнем, не отходящим от него ни на шаг.
А Трейси подходит ко мне:
- В каком доме ты живешь? Случайно, не возле пляжа?
Рассеянно улыбаюсь, глядя по-прежнему на Джуна:
- Да, в том, – он тоже улыбается и ненавязчиво так ставит руку слева от моего лица.
- Мы с Ароном собираемся в бар, не хочешь?
- Хочу, – отвечаю, не подумав, но ловя на себе полные испепеляющей ненависти взгляды. – А… Татуола там будет?
Лицо Адама становится не то чтобы удивленным, но уверенность теряется:
- Татуола? А зачем он там?
- Мне показалось, что вы друзья… Ну, или нет, не так! Между вами что-то такое… - Боже, что я несу, он меня одной рукой убьет…
Но он неожиданно засмеялся:
- Между нами?! Нет, он вообще неделю назад перешел сюда, мы просто… Не очень ладим, ты же понимаешь?
Я кивнул, продолжая улыбаться и раздумывая – так уж ли хочется мне идти в бар без перспективы посмотреть на Татуолу. А он тем временем, видимо, услышал слова Трейси и прошел мимо, специально задевая плечом плечо Адама. Тот прищурился и пошел за ним.
Я лишь переглянулся с тем рыжим парнем, недоуменно провожающим взглядом обоих, он неприязненно посмотрел на меня (с такими темпами скоро даже первоклассники начнут меня презирать) и рванул за ними.
Арон, тряхнув фиолетовыми дредами, тоже пошел следом.
Кажется, что-то будет.

Адам Трейси.

Мне было невыносимо стыдно за то, что я вытворил на площадке, не столько стыдно перед Татуолой, он сам нарывается, как всегда, сколько стыдно вообще общепланово. Вытворить такое на глазах у всей школы? Отлично, Адам, ты превращаешься в психа. Нет, в гомика. В гомика-психа. Супер!
- Ты хотел поговорить? – уточняю, закрывая дверь спортзала прямо перед носом Орсино, несущегося за нами.
- Ну, не то чтобы поговорить… - он стоял ко мне спиной и медленно отходил к стене. Пришлось, чтобы различать слова, идти за ним.
Зря, потому что на развороте он неожиданно снова приложил меня кулаком по челюсти, и я рухнул на пол.
- Ты мне только объясни, Трейси, на кой хрен тебе нужно было прикинуться геем, если ты и так конченный гомик?! Да ты даже не гомик, ты просто… Просто… Слов у меня нет! – он тряс рукой, пытаясь унять боль сбитых костяшек.
- Я просил тебя помочь мне, ты мне помог, но ты же и испортил мне всю репутацию! Поэтому Молли Салливан больше никогда не будет думать обо мне, как о потенциальном парне, это тебе понятно? – я встал, качнувшись и держась за ссадину, организованную этим психом.
- А на кой хрен тебе баба, а? Ты же просто утонешь скоро в слюнях, которые пускаешь от одного вида Руже! Это же круче чем баба, согласись? Никаких тебе слез, никаких романтических чувств, не надо цветы-конфеты таскать, трахнул и пошел, чем не жизнь? – он стоял, ехидно ухмыляясь и сунув руки в карманы.
Меня так просто не провести, Джун, ты не такой, каким кажешься.
- Ты так думаешь? Откуда тебе знать что-то о любви, а? Ты же просто шлюха, Татуола, признайся! Тебе просто доставляет удовольствие ложиться под всех подряд, правда?

Его глаза расширились, кулаки сжались.
- Если ты думаешь, что я, как полный гордости придурок, сейчас скажу что-то типа «ты ошибаешься» и уйду, оставив тебя мучиться угрызениями совести… То ты меня совсем не знаешь, Трейси, понял? Поэтому я надеру тебя и свалю, оставив опять же осознавать свои ошибки! – он с размаху врезал мне с ноги по ребрам и повалил на пол, правда не рассчитав, что упадет сам.
- Значит, я шлюха, да? – рычал он, пытаясь меня оседлать и врезать по-хорошему.
- Да ты только посмотри на себя! По лицу же видно – подстилка! Тебе же даже похрен, старше он тебя или нет, ты уже даже на младшеклассников набрасываешься! – я от души дал ему затрещину, такую, что голова мотнулась в сторону, шапка слетела, а кровь опять пошла из угла губ.
- Сука!! – коленом по печени это больно.
- Парни, откройте! Перестаньте сейчас же!! – надрывался за дверью Орсино, пытаясь пинками вышибить ее.
- Пошел вон отсюда!! – заорал Джун, и у меня перед глазами все поплыло, когда он разбил мне нос.
- Как же ты меня бесишь, ублюдок! – не выдержал я и, заломив ему руки за спину, под его же оглушительный крик врубил дергающееся тело в стену.
Тряхнуло его не слабо – даже во мне отдалось, я резко отпустил руки, боясь, что что-то ему сломал (с какой стати меня это беспокоит?!), и Татуола медленно сполз по стене, в последний момент… Развернувшись и наотмашь хлестнув меня по лицу. Вышло так, что его идиотские браслеты острыми краями порезали мне щеку, и на пол уже всерьез закапала кровь.
Драка перестала быть шуточной, когда я врубил его в дверь, видимо, отпугнув ломившегося в нее Орсино, и только мой кулак между его ребрами удерживал одноклассничка от падения.
Глаза у него были такие мутные, что можно подумать – пьяный в доску.
- Если не отпустишь, я тебе сделаю больно… - прохрипел он, и на губы выплеснулась кровь.
Я ему что-то точно внутри сломал или повредил... Не успел осведомиться, как же он собирается мне в таком положении сделать «больно», но спустя секунду, падая на пол, вспомнил, что у него есть еще и ноги, и довольно острые колени, а про стратегически важную точку своего тела я забыл.
- Да вы там убили друг друга, что ли?! – взвыл Арон за дверью, в последний раз на нее бросаясь.
Татуола ухмыльнулся, стирая кровь тыльной стороной ладони.
- Пока нет, Орсино, пока не убили!
И он, набросившись сзади мне на спину, слегка меня придушил согнутым локтем, но быстро кинул эту идею, вдавленный моей же спиной в стену.
- Да когда же ты сдохнешь, мразь?! – возмущенно просипел он, хватая меня за плечи, и я понял, что сейчас будет.
В итоге мы очень красиво стукнулись лбами и, закатив глаза, рухнули в разные стороны.
Больше я после этого ничего не помню…

@темы: яой, слеш, ориджинал