Автор: Talim76, страница Artificial Love
Переводчик с франц.: Tiky
Пейринги: для этой главы Комуи/Канда, Лави/Канда, далее только Лави/Канда
Рейтинг: PG-13
Жанр: стеб, романс (очень стебный романс)
Размер: макси - 103 стр.
Дисклеймер: отказываюсь
Размещение: с указанием автора и переводчика и ссылкой на мою страницу на дайри
Предупреждения: в первой главе ООС, ибо стеб.
Я понимаю, что судя по 1-ой главе многим будет непонятно, почему переводчик сделал такой странный выбор - переводить такой бред... эээ... странный стеб над Комуи и Лави, к тому же ООСный. Но все дело в том, что это только 1-ая глава, дальше тема Комуи практически закрывается, и никто над ним стебаться дальше не будет, дальше будет ангсто-романс Лави/Канда, очень хороший, насколько я помню по прошлому прочтению, и начинается он уже с начала 2-ой главы (то есть абсурд на 1-ой главе же и заканчивается). Будет еще небольшой стеб над Лави и стеб над Алленом (но ничего страшного в итоге).
Искусственная любовь
Глава 1: Новое увлечение Комуи Ли.
читать дальшеС тех пор как Комуи Ли был назначен директором Главного Управления Черного Ордена, научный отдел стал одним из самых опасных мест не только в Ордене, но и, пожалуй, во всем мире.
Не то чтобы молодой человек был злым или имел садистские наклонности, вовсе нет… Однако нередко он внушал своим коллегам и подчиненным страх своим поведением, и они не раз задавались вопросом о состоянии его душевного здоровья. Действительно, Комуи был человеком эксцентричным в своей разрушительной изобретательности, к тому же испытывал к своей младшей сестре любовь, близкую к помешательству, и это заставляло окружающих опасаться его – никогда не знаешь, чего ждать от такого.
К тому же, как только у главы научного подразделения появлялось хоть немного свободного времени (и странно, не смотря на огромное количество работы, он находил его всегда), он посвящал его своему любимому развлечению, к великому отчаянию своего окружения… Итак, спросите вы, какого же рода развлечениям предавался Комуи Ли в свободное время?
Занимался разработкой новой модели Комурина? Нет! Не смотря на всю ту привязанность, что он испытывал к этой машине, его начало утомлять зрелище Комурина, разносимого ударом ноги на мелкие винтики его же собственной сестрой. К тому же, вид его останков, «изуродованных» научным отделом, потряс его настолько, что после этого зрелища он не мог уснуть три ночи.
А может быть, он посвящал это время приведению в порядок своего письменного столе в кабинете или усовершенствованию оружия экзорцистов? Опять не угадали, на это ему вполне хватало и рабочего времени (хотя приведением в порядок бумаг на столе все равно занимался Ривер).
Итак, вы наверняка спросите: «Чем же мог заниматься этот эксцентричный ученый все свое так сказать свободное время?» Так вот, не смотря на все меры безопасности, принятые в этом отношении научным отделом, Комуи Ли питал подлинную страсть к изобретению различных лекарств и снадобий.
Хотя это и звучит так безобидно, но на самом деле это самая опасная вещь из всех, которыми этот псих когда-либо занимался… Относительно всех этих приворотных зелий и магических эликсиров у него было более чем прекрасно развито воображение.
Вот, например, милый и безобидный Аллен Уокер, которому в тот день просто не повезло, оказался с волосами длиной в метр, когда что-то случайно выпил в лаборатории Комуи, приняв это за воду. От него потом весь Орден шарахался, спасибо Джерри, который согласился подстричь его после этого.
Потом наступила очередь Линали, которая, делая уборку в лаборатории, случайно опрокинула на себя маленький флакончик, в результате она провела 48 часов, мяукая и передвигаясь на четвереньках, пока действие эликсира не прошло.
И даже добрейший Алистер Кроули, став жертвой этих странных веществ, принялся бросаться на каждого, кто попадался на его пути, и пытаться загрызть насмерть. Его еле удалось вернуть в нормальное состояние.
Но все это были лишь неудачные экспериментальные образцы, и они остались в прошлом, сейчас у Комуи Ли были куда более важные планы. На самом деле в последние недели он работал над новым таинственным эликсиром и был глубоко убежден, что тот станет его лучшим изобретением.
И все только потому что Комуи Ли, Глава Черного Ордена, был без памяти влюблен.
Он изобрел вещество (ингредиентов которого я не буду называть в целях безопасности), которое, попав в организм жертвы, делает ее полностью зависимой от первого человека, которого жертва увидит после этого, погружая ее в страсть совершенно безудержную, похожую на состояние наркотического опьянения. Жестоко, но необходимо, так как Комуи, видите ли, имел «небольшую» проблему. Конечно, у него было чувство собственного достоинства и абсолютная вера в свои силы, но у него еще оставалось достаточно здравого смысла , чтобы понимать, что он обрек себя на страстную, но безответную любовь, ибо объектом оной был не кто иной как… Канда Юу.
Конечно, это звучит совершенно неправдоподобно, но если как следует разобраться, это не так уж невероятно… Канда выглядел достаточно женственным в свои восемнадцать, с этими своими длинными черными волосами, гладкими, как шелк… «Почти как у Линали» - думал Комуи, глядя на них. Его кожа, тонкая и бледная, такая нежная на вид, «…как у Линали». Его тело, такое тонкое и стройное, такое одновременно сильное и хрупкое, до которого так и хотелось дотронуться, «…как у Линали»…
- Линали выходит замуж, директор!
Задремавший за своим письменным столом Комуи подпрыгнул на стуле от неожиданности, изумленно распахнув глаза, и случайно опрокинул чашку с остывшим кофе на документы, половина которых тут же оказалась на полу, и без того уже усеянном бумагами. Молодой человек вскочил с криком:
- Линалиии! Где???
- Ну вот, вы проснулись, - произнес насмешливый голос за его спиной.
Глава научного отдела, узнав голос, немного успокоился и обернулся к человеку с усталым лицом, смотрящему на него с легкой укоризной и, снова сев за свой стол, снял и с хмурым видом принялся протирать очки носовым платком:
- Ривер, я надеюсь, у вас была достаточно веская причина, чтобы разбудить меня. Между прочем, из-за вас я не досмотрел очень хороший сон.
- Надо же, какая потеря! – парировал капитан насмешливо. – Я разбудил вас, чтобы сообщить, что Канда зайдет с минуты на минуту, чтобы получить от вас новое задание. Вы не забыли, что пригласили его к этому времени?
- Канда?!
Комуи понадобилось не более полсекунды, чтобы среагировать: он вытолкал Ривера из комнаты, не смотря на бурный протест последнего, отодвинул стопку бумаг в угол и поставил стакан с водой на середину стола. После этого, еще раз убедившись, что в комнате кроме него никого нет, и никто за ним не наблюдает, вынул из кармана маленький пузырек и вылил его содержимое в воду. Затем, довольный, вернулся на свое место за столом, сел и сделал вид, что работает и очень занят, при этом не сводя глаз с входной двери, и во взгляде его читалось нетерпение.
Как и ожидалось, Канда появился спустя всего несколько минут после того как Комуи занял свое привычное место за столом, мечник был как обычно мрачен, с выражением лица еще более неприветливым, чем обычно, он твердой походкой торопливо вошел в комнату, сжимая руку на рукояти катаны. Но в глазах Комуи он был прекрасен, с этими своими длинными шелковыми волосами цвета эбенового дерева, которые шлейфом развивались от быстрой ходьбы, с этими его темными глубокими глазами, которые сейчас так холодно смотрели на директора, с этими тонкими идеально очерченными губами, уголки которых чаще всего были немного опущены вниз, выражая разочарование или раздражение. Комуи позволил себе широко улыбнуться и сделал экзорцисту знак рукой, приглашая присесть:
- Здравствуй, Канда. Хорошо выглядишь. Как настроение?
Канда удивленно приподнял левую бровь:
- Какое это имеет отношение к делу? Выкладывай, что за задание, и я пошел.
- Куда ты так торопишься? У нас еще достаточно времени всё обсудить, - ответил Комуи, глядя на Канду так, словно старался понять, о чем тот думает.
- Я потерял достаточно времени, сначала из-за этого говнюка Кросса, который вчера вечером затащил меня к себе «выпить по одной», а ты сам знаешь, что бывает, когда начинаешь пить с Кроссом, а сегодня с утра учитель снова стал лезть ко мне со своими глупостями, так что я не в настроении! Давай сразу к делу, - Канда раздраженно сверкнул глазами.
- О?! Тидолл снова пытался сфотографироваться с тобой у себя на коленях? Или нарисовать тебя на фоне заката? – Комуи хихикнул.
По взгляду, полному ненависти, которым одарил его мечник, Комуи понял, что он недалек от истины, и что у Канды нет ни малейшего желания распространяться на эту тему. Ли встал и, обойдя стол, приблизился к Канде, по пути прихватив со стола стакан. Канда проводил его удивленным взглядом.
- По-моему, здесь слишком жарко. Тебе так не кажется? – произнес китаец, снимая свой берет и кладя его на край стола.
- Нет, не заметил.
- Действительно жарко. Выпей воды, - Комуи протянул экзорцисту стакан.
- Это вода? – Канда с сомнением покосился на содержимое стакана.
Комуи опустил взгляд на то, что держал в руке, и с ужасом констатировал, что напиток принял бледно-розовую окраску, что могло бы показаться довольно подозрительным в руках такого… хм… эксцентричного ученого, как он. Директор принялся судорожно соображать, чем бы объяснить цвет напитка, пока Канда смотрел на него с явным скептицизмом, и спустя несколько секунд произнес самым невозмутимым тоном:
- Я добавил туда клубничного сиропа.
- Ненавижу сладкое, - поморщился Канда.
- Он не сладкий, а скорее кислый. Выпей хотя бы один глоток, очень освежает.
- Нет!
- Ну хотя бы чтоб сделать мне приятное, Канда-кун! Я же о тебе забочусь!
- Тем более нет!
- А если я положу туда собу?
- Ты что, издеваешься? Объясни мне, куда я должен отправиться, и закончим с этим.
Директор некоторое время молча смотрел на Канду, потом поставил стакан на стол, отвернулся и сделал обиженный голос – можно было подумать, что диретор вот-вот разрыдается:
- Канда-кун, ты такой злой!!!
Его плечи вздрагивали так, будто он плачет.
Канда вытаращил глаза в изумлении. Он совершенно не понимал, что здесь происходит, и подозревал, что директор снова дурачится, но оставить Комуи таким и уйти он не мог – в конце концов, он должен был выслушать детали задания, прежде чем отправиться на миссию. Ему очень хотелось поскорей отсюда убраться, поэтому он, прочистив горло, попытался заговорить как можно более спокойно, не слишком холодным тоном:
- Комуи… Хорошо, я выпью глоток этого твоего дерь… э…напитка, а ты наконец прекратишь ломать эту комедию и дашь мне задание, чтобы я смог уйти.
Комуи тут же прекратил издавать всхлипывания, повернулся к Канде и просиял улыбкой.
- Вот видишь, Канда, всегда можно договориться.
Тот лишь пожал плечами и взял стакан, который протянул ему Комуи, с сомнением глядя на его содержимое. Комуи все это время старался подавить нервную дрожь, не в силах дольше сдерживать свое нетерпение: он уже представлял себе, как Канда бросится в его объятия с глазами, горящими страстью, полностью подчиненный его воле. После этого он сделает Канде два хвостика, как у Линали, переоденет его в короткое платьице, которое, несомненно, пойдет ему куда больше, чем эта униформа, и попросит его называть себя «старший брат», и все ночи, что они разделят на двоих… Комуи чуть не подавился собственной слюной и аж закашлялся, что еще больше насторожило экзорциста.
И вот решающий момент приблизился: Канда поднес стакан к губам и…
Послышался стук в дверь. Канда смотрел на жидкость с отвращением и все еще медлил. Стук в дверь стал громче. Он приоткрыл рот и начал наклонять стакан. Дверь уже почти ходила ходуном от ударов с той стороны. Прежде чем малейшая капля этого отвратительного по цвету напитка коснулась его губ, дверь наконец с силой распахнулась, заставив присутствующих подпрыгнуть от неожиданности:
- Привет! У вас тут все в порядке?
Комуи повернулся и бросил на вошедшего взгляд, в котором смешивались бешенство и желание немедленно придать самой мучительной смерти того, что посмел прервать их в такой момент.
Объектом всей этой испепеляющей ненависти стал не кто иной, как безобидный парень 18 лет с повязкой на правом глазу и всклокоченными рыжими волосами, который приближался к ним, весело улыбаясь, с толстой папкой подмышкой.
- Лави, - выдавил Комуи голосом, в котором слышался сдерживаемый гнев, - что ты здесь делаешь? Я тебя не звал!
Игнорируя (нарочно или случайно) настоящий смысл вопроса (а именно: «Какого дьявола тебе здесь надо?»), Лави пожал плечами с самым беззаботным видом, и, подойдя к ним, уселся на диван, стоящий тут же.
- Сожалею, что помешал, но старик хотел, чтобы я передал Вам этот отчет как можно скорее, - он протянул Комуи папку, которую держал подмышкой.
- И ты, Юу, тоже здесь, - обратился он к мечнику, расплываясь в своей фирменной улыбке, как из рекламы жевательной резинки Орбит.
- Сколько раз тебе говорить, чтобы ты не называл меня по имени? – отозвался Канда ледяным голосом.
Вместо ответа Лави послал ему еще одну широкую улыбку, ничуть не сомневаясь в том, что оба присутствующих здесь человека имели в данный момент лишь одно желание: убить его как можно более жестоко и болезненно. Рыжий уже хотел было подняться и уйти, но Канда неожиданно опустился рядом с ним на диван, закинув ногу на ногу. «Может, теперь Комуи наконец прекратит ломать эту комедию и объяснит суть задания. Такое впечатление, что он хотел о чем-то со мной поговорить наедине. Что ж, отлично, раз мы уже не одни, он нас обоих сейчас отпустит», - подумал мечник. Лави вдруг придвинулся ближе к своему «лучшему другу» (как он сам любил говорить) и в своей извечной шутливой манере приобнял того за плечи, игнорируя убийственные взгляды, которые на него бросал директор. Канда инстинктивно отдвинулся от него:
- Какого черта ты делаешь?
- Ничего особенного, я просто хочу твоего лимонада!
И, не дожидаясь ответа, он выдернул стакан из рук удивленного японца и осушил его одним глотком под ошарашенным и полным ужаса взглядом Комуи.
- Неееееет!!!
- Зачем так кричать, - спокойно сказал Лави, вытирая губы, - это же всего лишь лимо… Он вдруг замолчал и, переменившись в лице, моментально перестав улыбаться, выронил стакан из рук, и тот разбился, ударившись об пол.
- Идиот, стакан не можешь удержать в ру…
Настала очередь Канды замолчать на полуслове, когда он заметил, что Лави наклоняется к нему опасно близко, пожирая его глазами (верней, глазом) с каким-то странным, почти безумным выражением лица. Не понимая, что происходит, мечник попытался оттолкнуть Лави и подняться, ведомый одним-единственным желанием: убраться отсюда как можно скорее, но, к несчастью для него, ученик книжника опередил его: с поразительной скоростью он схватил Канду за плечи, опрокинул на пол и, прижимая, навис над ним, продолжая пожирать его взглядом:
- Почему я никогда раньше не замечал, что… ты такой красивый, Юу!
Канда вытаращил глаза в изумлении, от неожиданности даже забыв сопротивляться. В другое время он бы отвесил Лави внушительную оплеуху за такие грязные шуточки, но сейчас он замер от неожиданности. «Что-то тут не так, - пронеслось в голове у мечника, - это не похоже даже на его обычные глупые шуточки». Комуи, который чувствовал приближение «катастрофы», схватил Лави сзади за шарф и стал тащить на себя в надежде оттащить от Канды, но Лави оказался куда более выносливым, чем можно было ожидать, и полностью игнорируя все попытки директора, который, видя, что сила не помогает, уже перешел на уговоры, сосредоточил все свое внимание на товарище и, наклонившись, кончиками пальцев погладил его по щеке:
- У тебя такая бархатистая кожа, Юу…
Канда, к которому наконец вернулось все его самообладание, открыл было рот, чтобы ответить в своей наиболее грубой манере, но… единственный звук, который ему удалось издать – это был вздох удивления.
Как только мечник открыл рот, чтобы выругаться и послать его куда подальше, Лави приложил свой палец к его губам и, наклонившись, поцеловал его в шею.
Мертвая тишина повисла в комнате, только звуки борьбы нарушали ее – Канда пытался вырваться из хватки Лави, который теперь прижимал его к полу обеими руками, и с сожалением бросал взгляды на Муген, оставшийся лежать на диване. Что же касается Лави, он пытался поцеловать Канду, не обращая ни малейшего внимания на все попытки последнего вырваться. Комуи же стоял рядом и смотрел, несколько долгих секунд, показавшихся ему вечностью, а потом…
- Неееееет! Не трогай его!
Он закричал и снова бросился разнимать ребят с криками: «Отпусти Канду! Оставь его немедленно!!!» Но прежде чем ему пришла в голову мысль: «Хуже уже не может быть», как дверь его кабинета снова распахнулась, и Линали, сопровождаемая доброй половиной научного отдела, вошла в помещение, неся в руке поднос с чашками и кофейником.
- Брат, я принесла тебе твой ко… - начала она весело и... Конец фразы утонул в грохоте падающих чашек, которые разбивались о пол, и железного подноса, который полетел вслед за ними. В самом деле, эта бедная невинная девушка стала свидетельницей зрелища, не предназначенного для ее целомудренных глаз: перед ней на полу, распластавшись, лежал Канда, а над ним нависал Лави, совершающий какие-то непонятные телодвижения, и ее собственный брат сверху на спине Лави, при этом не понятно было, что он делает – то ли пытается оттащить младшего книжника, то ли пытается сделать с Лави то же, что последний делал с Кандой.
После секундного замешательства она взвизгнула, прижала ладонь ко рту, а потом отняла ее и закричала, развернувшись и бросившись прочь из комнаты, завывая, точно сирена.
- Нет, вернись, Линалииии!!! Я тебе все объясню!!!
Но она уже скрылась из виду, оставив дверь нараспашку, так, что все сотрудники научного отдела, пришедшие вместе с ней, смогли в свою очередь наблюдать эту сцену.
В комнате снова воцарилась тишина, и в это время Канде наконец удалось частично освободиться из цепких объятий младшего книжника. Было похоже, что ситуация улучшается. Но Лави, в свою очередь, решив ни за что не отпускать мечника, зарылся лицом в его волосы и вдыхал их нежный слегка цветочный запах. И в этот момент Канда, дернув изо всех сил, вырвал свою руку из руки Лави и резко ударил того по лицу с криком:
- Прийди в себя, идиот! Пошел вон!
- Ты такой милый, когда ругаешься…
- Заткнись! – закричал Ли визгливым голосом, - убирайся отсюда!
Лави, снова напрочь проигнорировав Комуи, продолжал созерцать Канду с нежностью под многочисленными изумленными взглядами, некоторые из которых уже стали сочувственными. На этот раз Канде удалось полностью высвободиться, он бросил испепеляющий взгляд на Комуи, который схватил Лави сзади за плечи и оттаскивал прочь, после чего бросился к своему обожаемому Мугену, дожидающемуся его на диване. Обнажив катану, мечник приставил острие к горлу Лави, который, казалось, совершенно не осознавал, что в данный момент его жизнь висит на волоске.
«Это худший гребаный день в моей гребаной жизни» - думал разъяренный Канда, воображая, как он нашинкует Лави тонкими ломтиками.
Но если уж жизнь вознамерилась показать вам, что ей глубоко плевать на ваши желания, она сделает всё возможное, чтобы этот день действительно стал для вас худшим: так, Лави с невероятной легкостью увернулся от лезвия катаны и, мгновенно оказавшись рядом, взял в ладони лицо Канды и прошептал:
- Я люблю тебя, Юу-чан…
И, не дожидаясь ответа или какой-либо другой реакции от мечника, он накрыл его губы своими, решительно и пылко.
Поцелуй. Его самый первый. Настоящий. И у всех на глазах!
Реакция не заставила себя ждать: Канда вытаращил глаза от удивления, не способный сдвинуться с места от шока, Комуи, охваченный отчаянием, потерял сознание, а сотрудники научного отдела выбежали из комнаты, закрыв за собой дверь и повесив на нее табличку «Не беспокоить» с той стороны.
И именно в этот момент Канду Юу, едва не изнасилованного своим товарищем, да еще и при всех, Линали Ли (зарывшуюся лицом в подушку в своей комнате, все еще не пришедшую в себя от шока после увиденного «треугольника»), Комуи Ли, уже почти пришедшего в себя на диване в своем кабинете, созерцая эту душераздирающую для него картину, как его мечты рушатся у него на глазах в считанные секунды, и самого Господа Бога, наблюдавшего сверху бардак, царящий в его собственной армии, посетила одна и та же мысль, а именно:
«На этот раз это действительно худший день в моей жизни!»